Внутриполитический кризис в Иране: роль и статус верховного лидера Mojtaba Khamenei под вопросом

Иран сталкивается с обострением внутренней борьбы за власть, которая проявляется в использовании имени верховного лидера Mojtaba Khamenei для атаки на политических оппонентов и укрепления собственных позиций. Внутренние разногласия выходят на поверхность на фоне отсутствия ясности о его реальной роли в управлении страной, что вызывает обеспокоенность экспертов.

## Детали событий и конфликты вокруг Mojtaba Khamenei

Внутриполитическая напряженность в Иране обострилась после публикации двух репортажей Iran International, посвященных отношениям президента Masoud Pezeshkian с новым верховным лидером. Первое сообщение цитировало религиозного деятеля Mohammad-Bagher Kharrazi, родственника Khamenei по браку, который заявил, что Pezeshkian неоднократно угрожал уйти в отставку и был предупрежден, что его следующая отставка будет одобрена. Однако офис президента отверг эти обвинения, называя их «беспочвенными ложными утверждениями». Представитель президента Mehdi Tabatabaei отметил: «Это полностью ложь и не имеет под собой оснований». Другой советник президента подчеркнул, что Kharrazi не имел контактов с верховным лидером и прославился «странными рассказами».

Через несколько часов Iran International опубликовала вторую статью, в которой утверждалось, что Pezeshkian встречался с Mojtaba Khamenei всего один раз, внутри автомобиля с затемненными стеклами в неизвестной части Тегерана. Согласно источникам, эта встреча длилась несколько минут, и участники не могли видеть друг друга, а Pezeshkian не был допущен к рукопожатию. В отчете также говорилось, что президент сомневался, действительно ли голос принадлежал Khamenei, что подчеркивает неопределенность и противоречивость информации.

## Почему эти разногласия важны и что говорят эксперты

Достоверность этих заявлений не подтверждена независимыми источниками. Ранее Pezeshkian описывал встречу с Khamenei как продолжавшуюся около двух с половиной часов в дружеской атмосфере. Аналитики, такие как Kasra Aarabi из организации «United Against Nuclear Iran», отмечают, что эти противоречия отражают более глубокий кризис внутри «исламистской олигархической мафии» в Иране. По его словам, при Али Khamenei верховный лидер выступал в роли «крестного отца», контролирующего борьбу между различными группировками и обеспечивающего их доступ к власти и финансам. После его ухода возник вакуум, который должен был заполнить Mojtaba Khamenei, однако его длительное отсутствие создает неопределенность в распределении власти среди элит.

Эксперт подчеркнул, что эти группировки не делят власть по идеологическим признакам, а борются за реальную политическую и экономическую власть. В такой ситуации имя Mojtaba Khamenei стало инструментом для легитимации и укрепления позиций различных кланов, что значительно усложняет процессы внутри режима.

## Реакция и попытки дискредитации

Мнения о статусе Mojtaba Khamenei разделились. Некоторые аналитики, такие как бывший журналист Mehdi Ghadimi, считают, что заявления о его отставке — это часть привычной политической тактики, использующейся реформистами для повышения своей популярности и последующего устранения. По его словам, подобные слухи циркулировали в периоды правления Кhatami и Rouhani, и их использование — способ создать иллюзию борьбы за власть.

Ghadimi также выразил сомнение в существовании реального человека по имени Mojtaba Khamenei, предполагая, что он либо мертв, либо находится в крайне тяжелом состоянии, что объясняет отсутствие видеозаписей или публичных появлений. В то же время Aarabi отметил, что если публичное отсутствие Khamenei продолжится, это вызовет еще больше вопросов о его живости и способности управлять страной. Он подчеркнул, что без доказательств жизни Mojtaba Khamenei использование его имени в политических спорах станет все сложнее и вызовет рост внутренней борьбы.