Президент США Дональд Трамп 13 октября 2023 года заявил, что внутри иранского руководства наблюдается хаос и неопределенность, что создает возможности для диалога. Он отметил, что США ведут переговоры с «высокопоставленным» иранским чиновником, хотя Тегеран публично отрицает проведение таких переговоров.
Детали событий и основные игроки власти в Иране
В условиях усиления внутренней нестабильности и внешних ударов по руководству Ирана, таких как операции Израиля и США против высокопоставленных лидеров, страна функционирует скорее как система военного времени, а не как централизованная теократическая власть. В центре внимания — Исламские революционные гвардии (IRGC), которые, согласно аналитикам, укрепили свои позиции в политической системе страны.
Обзор источников, включая экспертов и разведывательные отчеты, подтверждает, что IRGC стала доминирующей силой в управлении Ираном. Доктор Бенхам Бен Талеблу из Фонда за защиту демократии в Вашингтоне отметил, что текущая ситуация ускоряет долгосрочные тенденции укрепления военных структур и IRGC, несмотря на ослабление других ветвей власти.
Несмотря на усиление контроля IRGC, страна остается слабой, а ее государственные институты — более реликтовыми, чем когда-либо. Важнейшая задача для США — добиться политической и военной победы, а не работать с IRGC, а против них, поддерживая внутренние протестные движения и силы, выступающие против режима.
Механизмы власти и роль руководства
Формально управляет Ираном Верховный лидер Аятолла Алии Хаменеи, однако его реальная власть вызывает сомнения. После смерти его отца, он унаследовал пост, но его авторитет ограничен, а публичных выступлений практически не было, что вызывает вопросы о его состоянии здоровья и способности руководить. Сообщается, что он мог получить ранения во время израильских и американских ударов 28 февраля 2023 года.
По мнению экспертов, его роль сейчас значительно ограничена, и контроль находится в руках IRGC. Ведущий аналитик Йосси Купервазер отметил: «Пока Хаменеи поврежден, он — больше фигура, чем управляющая личность. Но если он восстановится, он вновь возьмет на себя управление, хотя в этот момент власть сосредоточена в руках революционных гвардий.»
Переговоры и возможные фигуры-участники
Президентский спикер Mohammad Bagher Ghalibaf рассматривается как потенциальный посредник или будущий лидер, хотя официально он заявляет, что не ведет переговоров с США. Тем не менее, аналитики отмечают его важность как фигуры, объединяющей военную и политическую власть. Он также может встретиться с американскими дипломатами в Пакистане в ближайшие недели.
На международной арене также активно участвуют такие фигуры, как министр иностранных дел Аббас Арагчи, который, по данным источников, может стать частью делегации, если переговоры состоятся. Однако его роль — скорее канал коммуникации, чем самостоятельный политик, так как стратегические решения принимает IRGC и верхушка безопасности.
Разнообразие сил и внутреннее единство руководства
Помимо ключевых фигур, в системе удерживают влияние такие личности, как командующий Quds Force Эсмаил Каани, начальник военно-морских сил Ализера Тангсири, глава судебной власти Гульамхосейн Мохсени-Эджеи, а также политические и религиозные лидеры, включая Саида Джалили и аятоллу Алирезу Арафи. Они представляют разные аспекты системы — военную мощь, региональные операции, контроль за стратегическими водными путями, внутренний контроль и религиозную легитимность.
Несмотря на внутренние разногласия, все эти силы объединены целью — сохранение режима. Эксперты подчеркивают, что в иранском руководстве присутствует баланс между прагматиками и жесткими радикалами, но все они согласны, что главная задача — выживание власти.
Дмитрий Шевченко
Автор. Опытный журналист, который всегда в курсе последних мировых событий. С многолетним стажем в освещении политических, экономических и социальных новостей, Дмитрий известен своим объективным подходом и тщательным анализом информации. Все посты